Ребят, а кто знает рецепт яблочного штруделя без миндаля, рома и кальвадоса?

Все-таки Питер. Посмотрев в долгосрочный прогноз, поняла, что сарафан и босоножки не пригодятся. В чемодан придется кидать свитера, куртки кроссовки, зонтик.
Т.ч. в этом году северное море, именуемое Финским заливом с берега и из далека.
Чтож, детей надо знакомить с прекрасным и благородным в любую погоду.
Осталось составить культурную программу на пять дней и развлекательную на 13 число. Благо есть что смотреть и боюсь пяти дней не хватит даже на основное.
Сама в Питере не была "сто" лет. Так, что давние мечты осуществляются постепенно.
Может, в следующий раз, я таки доберусь и до Мертвого моря...

Поймала себя на мысли, что реально стала слышать шум прибоя. Стоя на "заднем дворе" у здания клиники, пялилась на высокое голубое небо, подернутое белесой дымкой и освещенное косыми лучами заходящего солнца, подумала... Даже нет, реально увидела, что где-то, под таким вот небом, на закате жаркого дня, под шум морского прибоя, счастливые загорающие ловят свою повышенную инсоляцию. А вокруг, шум прибоя.
Плохой прогностический признак! Это означает, что я не просто помечаю прожитые рабочие дни, своего "дембельского календаря", а тупо тащусь до следующей пятницы.
Я не собираю чемоданы, не готовлюсь к тряске в поезде, не смакую предстоящий отпуск. Я, тупо доживаю до финального свистка. Каждое утро, день за днем - "на автомате".

Ускользающее солнце, словно оранжевый апельсин, сочным кругом оседало за горизонт. День клонился к закату и душным одеялом обволакивал уставших посетителей маленького кафе.
На столике, отпечатались царапины, и хлебные крошки сложились в причудливую мозаику. Девушка бесцельно водила пальцем по исчерченной поверхности. Ее тонкий силуэт словно был соткан из воздуха. Она казалась призраком. Сидела уже третий час неподвижно и вот так, водила пальцем по засаленной поверхности стола.
Клим со своего места хорошо видел ее профиль, узкую напряженную спину и рыжие волосы, собранные в тугой узел на затылке. Сейчас, она почти сливалась с оранжевым закатом. Клим почти решился заговорить с ней, но боялся нарушить это странное состояние. Что-то было в ней. Что-то недосказанное. Что-то, что могло помочь ему. Как именно, он еще не знал. Захлопнув крышку ноутбука, он все же стремительно встал со своего места и направился к окошку.
( Девушка повернула голову в его сторону )

**************
Колина мама возникла в дверях, заслонив собой весь проем. В помещении, как-то сразу, стало душно.
Я вздрогнула. Светка удивленно повела бровью.
- Вы нас помните?
Еще бы, мне вас не помнить!

Впервые к Коле я приехала несколько лет назад, на заре своей трудовой деятельности в этом учреждении. Маман встречала меня у лифта со своими масками, бахилами и одноразовыми халатами. Все свое. Иначе она меня не пускала. Мои бахилы и маска - не устраивали.
Окна во всей квартире завешаны синими шторами, фортки раскрывать запрещено - расстрельная статья. Коля простудится. Сама маман на улицу не выходила НИКОГДА, с рождения Коли. Коле тогда было пять (!) лет.
Проблемы конечно были у ребенка, но у мамы, несказанно больше.
Вызванивала она нас каждый день, по каждому пустяку. Температуру мерила каждые 15 (!) минут и все записывала.
Попасть на Рябиновую, считалось наказанием. Выйти из квартиры удавалось с трудом. Доктора придумывали всякие ухищрения. Но все равно, считалось - кто зашел в квартиру - без вести пропавший. Маман выпивала все соки и порой выручать бежали водители.
Танюшка дежурила в тот вечер на скорой. Колина мама позвонила и истерила в трубку, по-поводу того, что сын умирает, у него температура, вот-вот начнутся судороги и все пропало. Зная колину маман, доктор заверила, что все будет нормально и отправилась на вызов. За время пути, родительница "оборвала телефоны", чтоб ехали быстрее. Танька досадно отплевывалась.
Нажав кнопку заветного звонка, дежурный доктор сжалась и приготовилась внутренне к обычному натиску. Но только не к этому.
Дверь открыла мамаша и с блаженной улыбкой произнесла:
- А Вы нам больше не нужны. У нас батюшка...
Доктор, сползая по стене, мысленно попрощалась с родственниками, представила со всеми живописными подробностями себя в кабинете прокурора. В голове настойчиво билась мысль: "Не успела!"
- Да! - тем временем блеялала мамаша. - Мы батюшку позвали, чтоб он квартиру освятил. А Коленьке полегчало...

На "пятиминутке", Танька поставила ультиматум:
- Можете увольнять! Но к ним больше не поеду!

-Да-да, доктор! - скорбно шептала маман. - Я Коленьке температуру меряю пять раз в день.
- До сих пор?! - вырвалось у меня.
- А что вы хотите! Он такой больной!
В выписке от именитого профессора, был выставлен диагноз: лекарственная аллергия.
Па-ба!
- Ах! - тем временем вздыхала мамаша, - Я так хочу, чтобы Коленька забыл о своих болезнях...
Коленька, инфантильный подросток, удивленно спросил:
- Как же я о них забуду, когда ты меня лекарствами каждые полчаса кормишь!?

-Фуф! - выдохнула Светка, закрыв за ними дверь. - Теперь до следующего прихода.



*****************
Наташка, регистратор, обязана обзванивать родителей новорожденных, договариваться о патронажах.
Новые документы. Новый ребенок. Контактный телефон в левом верхнем углу. На том конце трубки приятный мужской баритон.
- Здравствуйте! Вас из детского медицинского центра беспокоят! Поздравляю Вас! У Вас родился сын, Максим! Документы на страховочку пришли. Когда Вам удобно, чтоб доктор подъехал?

Напряженное молчание начало утомлять.

- Алло-о! - Нервничает Наташка.
- Девушка! Я Вас не знаю! Я только что симкарту купил! Пять минут назад в телефон вставил! И вааще! Я не из Москвы! Я из Сыктывкара! И никакого сына я не знаю!
Голос на том конце сорвался на фальцет, плавно переходя в частые гудки.
- Ну ты прикинь! - съязвил Макс, водитель со скорой. - А если мужик за рулем!?
Мне:
- Глянь, до инфаркта кого-то довела.

Перед бетонкой, на Апрелевском светофоре, на островке безопасности, во второй половине дня, всегда стоят девочки. По две-три, в разном, но характерном амплуа. Девочки работают. Рядом всегда машина ментов. Тоже работают. Я, так понимаю, у них сотрудничество.
Если кто по Киевке едет, наверняка видел.
А еще, я думаю, так на каждом шоссе. Наша бравая милиция и почти себе легальная проституция. В смысле, вместе - нога в ногу.

Ребят, а скажите мне. Когда вас отфренживают, вы бежите сразу же смотреть кто это сделал? Или вам все по фиг и солнце светит вне зависимости от того, даже если это сделал любимый друг, по непонятным причинам? Это я как пример спросила:) Ничего личного.

Полезла в ленту за пять дней. Столько всего узнала! Если кого пропустила - простите. Не со зла. Киньте ссылочку, если что-то важное. Не сочтите за труд.

Запоздалое поздравление! С праздником, коллеги! И все, кто хоть как-то причастен!

Думаю, кто как расслаблялся. Я чуток про выходной праздничного дня. Даже не про выходной, а так...про несколько минут.
Я про грибы. Почти.

( Вот сейчас, не уверенна.. )

Я, вроде как, сентиментальная, поэтому расскажу историю.

Гузалька появилась у нас на работе года три назад. Тихая, неприметная, вежливая. Не то, чтобы общительная, но народ с ней контактировал с удовольствием.
Только вот с личной жизнью, загвоздка вышла.
Несколько лет назад, автомобильная авария. Паралич нижних конечностей. Раздробленный таз. Ей было всего 30 с небольшим.
Муж, придя в реанимацию, угрюмо сообщил, что ТАКАЯ она ему не нужна и вещи он уже перевез к маме. Попутно прихватив, совместно нажитое имущество.
О том, что она тогда почувствовала. я говорить не стану. Каждый додумает в меру своей фантазии.
Год она училась ходить заново. Еще год, восстанавливалась. Потом вернулась на работу. Чего дома сидеть? Постепенно, адаптировалась, привыкла. На язвительные замечания бывшего мужа, по-поводу того, что она такая никому не нужна; и детей у нее уже не будет, и семьи , реагировала тихим плачем, когда думала, что никто не видет. Мужчин чуралась, да оно и понятно. После такого-то.
Доктор на это сказала, можешь беременнеть, "прокесарим" и все в порядке будет.
- Да, что я? Объявление что ли писать буду? - тихо всхлипывала она. - Кому я нужна? И возраст уже. 37 лет - не девочка.
Года два назад, радостно сообщила, что выходит замуж. Надо сказать, что у мусульман не приветствуются межрелигиозные браки. Ей повезло. Избранник, одной веры, тоже татарин. Все сошлось, вроде бы. С ее-то комплексами... Все радовались. Кто-то делал вид. Но Гузалька, ходила счастливая, светилась изнутри вся.
Вдруг, в слезах опять. Забеременнеть не может. Сказалась авария. Муж утешает, я мол тебя и так люблю. Только ей дитя хочется. У всех братьев и сестер по трое уже, а ей, в ее 38, ничего не светит.
Лечилась долго и небо сжалилось.
Носила тяжело. Начальство вроде, как с пониманием отнеслось. Не нагружало. Беременность тяжелая, долгожданная. А тетки наши, вдруг обозлились.
- Почему это ей все? Почему это мы работать за нее должны?
И ладно бы у самих детей не было. Так странно иногда на людей смотреть...
Она опять тихо плакала, но не жаловалась. Только иногда спрашивала:
- Олька! Почему так?
Да откуда ж мне было знать, почему.
Дома, мужнины родственники, вдруг завелись. И жена бывшая, дочку стала против отца и нее настраивать. Но она все равно была счастлива. Малыш развивался нормально, а всякие неприятности - это дело житейское.
Сегодня, звоню, спрашиваю: как дела?
- Я в роддоме.
- Так рановато, еще.
- Да, но у меня схватки. У ребенка обвитие, плацента с включениями. Не знаю. Боюсь.
Только что прислала смску:
"Мы родились. Мальчик. 3550.Рост 50. Малыш классный."


Все-таки, есть БОГ на свете!

Написано после прочтения очередного опуса inkogniton и недавно отгулянного первого выпускного моего сына.


На выпускном хочется быть самой-самой. По-крайней мере, так мечтает каждая девчонка. О чем мечтают мальчишки, не знаю, но судя по сыну, он тоже был не против произвести впечатление.
Собирался долго и тщательно. Сначала, из меня был выбит костюм за 300 долларов (на тысячу, я не раскручивалась), потом ботиночки "на тонкой подошве", рубашечка там, галстучек. Были вылиты литры лосьона на тело, тщательно подбрита скудная растительность на лице и небрежно брошено мне вслед : "купи цветы, ты! а?"
А куда я денусь? Купила, конечно.
- И зачем ты туда идешь?
Зачем? Я как-то не задавалась вопросом. Иду и все. Я ведь даже не на выпускной. Так, на официальную часть...
Ну я сейчас не о нем скажу. Я о другом. Правда, мимоходом, хочется узнать:
Гуляли ли Вы на выпускных своих подрощенных деток?
Пойдете ли? К тем, кто еще дозревает.
А своих родителей стеснялись?
Или хотели, чтоб они у вас присутствовали?

Я вот себя вспоминала. Хоть и школа другая, и статус у меня нынче не тот, а кажется, что антураж не поменялся. Те же занавески в актовом зале, та же сцена, та же музычка трогательная, милая. И я, словно провалилась на время. Туда, в далекие, теперь уже, девяностые. Разбитные, бестолковые, но там осталась моя юность.

К выпускному, готовилась по мере сил и финансов. Платье, правда, вытребовала белое, муслиновое. Чтоб с оборочками по подолу, чтоб сетка на груди молодой, потому, как совсем открыть ее родимую, мама не разрешила. Туфельки, там, на каблучке. Причесочка. Сережки золотые у мамы выклянченые, чтоб красивше казаться. Все, как положено. Только вот, какой букет был, не помню. Да и вечер сам, уже стерся из памяти почти целиком. Остался только запах черешни, сладковатый вкус шампанского, стертые в кровь ноги, новыми туфлями и пьянящее ощущение свободы, которой еще неизвестно как было распорядиться. А еще, ночные гуляния да поцелуи украдкой, на скамейке в парке. Выпускной же. Только жизнь, уже тогда оказалась падлюкой! Целовалась-то я с одним, а мечтала о другом. О том, кто был недоступен, или уже потерян, как мне казалось, безвозвратно.
Вот так, с привкусом утраты и горечи мешала тогда пьянящую свободу. Но,жизнь была впереди и все казалось поправимым.
Танцы были. Вполне легальное ночное гуляние. Утро молочно-бледное. Песни под гитару. И огоромные надежды и мечты. Что горы можно свернуть. Все плохое поправить и сделать хорошим. И корабли в космос запустить, и всех больных раком и СПИДом вылечить, и бедным помочь и богатых не обидеть. И что мир во всем мире будет, надо только очень этого захотеть.
Да!Родители-то мои, покараулили меня чуток, плюнули, да и спать во свояси удалились.
А что потом было? Чего рассказывать? Сами все знаете. И кто кем стал. И кто как живет. И кто мечты свои забросил и поломал все зубы о быт и реалность. Кто свою свободу куда дел. Каждый сам все знает.

Вот и подумалось мне: все то же! все так же! И дети наши мечтают о том, чтобы прекрасное в мир привнести. О том, что все будут счастливы, а они в этом примут непосредственное участие. Только как бы так сделать, чтоб пронесли они свои мечты и надежды? Как бы так сделать, чтоб разочарование не заставило их возненавидеть всех и вся вокруг? Как научить их подниматься, после каждого падения и идти вперед? К своей цели. Не боясь, что не получится. Не топтаться, в нерешительности, перед дверью в жизнь. Может кто знает?

Отправила детей на дачу со свекровью. На свой страх и риск. Ибо не фиг. Она хотела с ними пожить, пообщаться - вот теперь и живет. Раз двадцать на дню уже всем позвонила пожаловалась на их воспитание. А мне по фиг! Не нравится, пусть воспитывает. За сутки авторитет не образовывается сам собой...
Я же ловлю себя на мысли, что пытаюсь все время окликнуть их. В темноте переступаю через якобы кошку и собаку. Они-то тоже отдыхают на воле, на природе. Все время кажется, что сейчас кто-то выскочит из под кровати. Все так же не оставляю мясо на поверхностях, посуду на краю стола, наливаю воду в миски зачем-то.
Вспоминается "Морозко".
"Из-за тебя, родной дочке по румяной щечке! А была бы тут Настька! За косу схватишь, на себя попятишь - оно и отлегло!" (С)
Не на кого поорать, поговорить...
Я вступила в свой обычный летний бездетный период. Пятнадцать с половиной лет, а все одно и то же! И что я буду делать, когда они вырастут и разъедутся?! Будет сложно.
Пока же, судорожно запихиваю во временной период максимально, чтоб свободной минутки не осталось.